Римская мифология

Древнеримский каменный календарь. Наверху изображены боги, управляющие днями недели, начиная с субботы. Посреди изображён зодиак, а слева и справа — числа месяца. III—IV века нашей эры

Ри́мская мифоло́гия — совокупность традиционных историй, относящихся к легендарному происхождению Древнего Рима и его религиозной системе, представленных в литературе и изобразительном искусстве римлян. Термин «римская мифология» может относиться также к современному изучению этих представлений, а также к материалам из других культур любого периода, в которых рассматривается римская литература и искусство.

Римляне обычно трактовали эти традиционные повествования как исторические, даже если они содержат чудеса или элементы сверхъестественности. Повествования часто связаны с политикой и моралью и с тем, как личная неприкосновенность человека соотносится с его ответственностью перед обществом и Римским государством. Важной темой является героизм. Когда повествование касалось римской религиозной практики, оно больше было связано с ритуалами, предсказаниями и общественными институтами, чем с теологией или космогонией[1].

В отличие от Древнегреческой мифологии, римские божества были более отвлечёнными и абстрактными. Различались и взгляды двух народов на саму божественную природу. Мифология Рима, прежде всего, основывалась на жизни людей, рождённых в союзе бога и смертной женщины и совершённых ещё при жизни подвигах. Римляне считали, что боготворя такого человека, оказывая различные почести после смерти, можно успокоить его душу[2].

Изучение римской религии и мифов осложняется ранним влиянием греческой религии на Апеннинском полуострове в протоисторический период истории Рима, а позже художественным подражанием римских авторов греческим литературным образцам. Римляне с любопытством стремятся отождествить своих собственных богов с греческими (см. Соответствие римских и греческих богов) и дают новое толкование повествований о греческих божествах под именами своих римских аналогов[3]. Ранние римские мифы и легенды имеют также динамичные переплетения с этрусской религией, менее документированной, чем греческая.

Хотя в римской мифологии, может быть, не хватает столь широкого божественного повествования, как в греческой литературе[4], но тем не менее изображение Ромула и Рема, сосущих волчицу, является столь же знаменитым, как любое изображение из греческой мифологии, за исключением троянского коня[5]. Поскольку латинская литература была более широко известна в Европе в Средние века и в эпоху Возрождения, интерпретация греческих мифов римлянами часто имели большее влияние на живописные представления о «классической мифологии», чем греческие источники. В частности, версии греческих мифов в Метаморфозах Овидия, написанные во время правления Августа, стали рассматриваться как канонические.

Поскольку ритуал играет центральную роль в римской религии, как и в мифах, созданных греками, иногда возникает сомнение по поводу того, что большая часть римских мифов имеет исконно римское происхождение. Это восприятие является продуктом романтизма и антиковедения XIX века, которые расценивают греческую цивилизацию как более «достоверно творческую».[6] Но от Ренессанса до XVIII века римские мифы были частью вдохновения для европейской живописи.[7] Римские традиции особенно богаты историческими мифами или легендами, касающимися основания и возвышения города. Эти повествования сосредоточены на человек-деятеле, в жизни которого бывают лишь случайные вмешательства божества, но всепроникающее чувство божественности всегда сопровождает его судьбу. В ранний период Рима история и миф имеют взаимные и взаимодополняющие отношения.[8] Как отмечает Т. П. Уайзман:

Римская история все ещё имеет такое же значение, какое она имела для Данте в 1300 году, Шекспира в 1600 году и отцов-основателей Соединённых Штатов в 1776 году. Что нужно для того, чтобы быть свободным гражданином? Может ли сверхдержава быть ещё и республикой? Как благонамеренная власть превращается в убийственную тиранию?[7]

Основными источниками римских мифов являются Энеида Вергилия и первые несколько книг истории Ливия. Другими важными источниками являются Фасты Овидия, шеститомная книга стихотворений, структурированных под римский религиозный календарь, и четвёртая книга элегий Проперция. Сцены из римских мифов появляются также в римской настенной живописи, на монетах и в скульптуре, в частности, на рельефах.

Энеида и ранняя история Ливия являются самыми лучшими из всех существующих источников по мифам об основании Рима. Материал из греческой героической легенды был привит на местное племя в самом начале её истории. Троянский царевич Эней женился на Лавинии, дочери царя Латина, легендарного предка латинян, от имени которого и произошло название племени. Именно они через запутанную ревизионистами генеалогию являются предками Ромула и Рема. В более широком понимании, троянцы были приняты в качестве мифических предков народа Рима.

Характерные мифы Рима чаще всего можно отнести к политическим или моральным, то есть они связаны с развитием системы римского правления в соответствии с божественными законами, выраженными древнеримской религией, и с демонстрацией приверженности человека к моральным надеждам (mos maiorum) или неудачам сделать это.

Божественное повествование играло в греческой системе религиозной веры более важную роль, чем у римлян, для которых первичными были ритуал и культ. Хотя римская религия не была основана на священном писании и его истолковании, священническая литература была одной из самых ранних письменных форм латинской прозы.[14] Книги (Libri) и комментарии (Commentarii) коллегии понтификов и авгуров содержали религиозные процедуры, молитвы, постановления и мнения по пунктам религиозного закона.[15] Хотя по крайней мере некоторые из этих материалов были доступны для консультаций римскому сенату, часто они были occultum genus litterarum (тайной за семью печатями),[16] загадочной формой литературы, к которой доступ имели только жрецы.[17] Пророчества, относящиеся к мировой истории и судьбе Рима, появлявшиеся в критические моменты истории, неожиданно были обнаружены в туманных книгах Сивилл, которые, согласно легенде, были приобретены Тарквинием Гордым в конце VI века до нашей эры у куманских Сивилл. Некоторые аспекты архаичной римской религии были записаны в утерянных богословских трудах учёного I века до н. э. Марка Теренция Варрона, и теперь известны по трудам других классических и христианских авторов.

Во главе самого раннего пантеона в Риме была так называемая архаическая триада в лице Юпитера, Марса и Квирина, фламины которых были самого высокого ранга, а также Янус и Веста. Согласно традиции, основателем римской религии был Нума Помпилий, второй сабинский царь Рима, который, как считается, имел в качестве супруги и советницы римскую богиню, нимфу источников и пророчеств Эгерию. Под влиянием этруссков позже центром официальной религии стала капитолийская триада в лице Юпитера, Юноны и Минервы, заменив архаическую триаду — необычный пример в индоевропейской религии, когда высшая триада формируется из двух женских божеств и только одного мужского. Поклонение Диане проводилось на Авентинском холме, но самым известным римским олицетворением этой богини считается Диана Неморенсис, внимание к которой возникло благодаря мифографической классике Фрэзера «Золотая ветвь» («The Golden Bough»).

Боги отчётливо предстают как практическая необходимость в повседневной жизни, все обряды скрупулёзно проработаны, а жертвоприношения считаются необходимостью. Ранние римские божества включали множество «богов-специалистов», каждый из которых призывался в помощь для выполнения конкретного вида деятельности. Фрагменты старых ритуалов, сопровождающие такие деяния, как пахота или сев, показывают, что на каждом таком этапе вызывались отдельные божества, а имя божества происходило от названия этого этапа. Божества-покровители были особенно важны в Древнем Риме.

Таким образом, Янус и Веста охраняли двери и семейный очаг, лары оберегали поле и дом, Палес — пастбища, Сатурн — посевы, Церера — рост хлебных злаков, Помона — древесные плоды, а Конс и Опа — урожай. Даже величественный Юпитер, правитель богов, был удостоен награды за помощь дождями, которые он давал для крестьянских хозяйств и виноградников. В более широком представлении, благодаря своему оружию в виде молний, он считался дирижёром человеческой деятельности и, вследствие широты сфер влияния, защитником римлян в их военной деятельности за пределами своей общины. В более древние времена почитаемыми богами были Марс и Квирин, которых часто отождествляют друг с другом. Марс был богом войны, праздники в его честь были в марте и октябре. Квирин, как полагают современные учёные, был покровителем армии в мирное время.

Известный учёный XIX века Георг Виссова считал,[18] что римляне различали два класса богов: di indigetes (местные) и di novensides или novensiles (новые). Местные боги были первыми богами римского государства, их имена и природа обнаруживаются из титулов ранних священников и календаря празднеств, около 30 таких богов были удостоены специальных фестивалей. Новые боги появились позднее, их культ был введён в исторический период, когда уже господствовал Рим. Как правило, дата их введения известна, их возникновение было ответом на конкретные кризисные явления или когда в них ощущалась потребность. Однако Арнальдо Момильяно и некоторые другие учёные утверждают, что о таком различии нельзя утверждать[19]. Во время войн с Ганнибалом всякое различие между «местными» и «новыми» богами начинает исчезать, и римляне восприняли разных богов из различных культур как знак силы и универсальной божественной милости[20].

Впитывание соседних местных богов происходило постоянно, поскольку римское государство завоёвывало окружающие территории. Римляне обычно оказывали местным богам завоёванной территории те же почести, что и богам римской государственной религии. В дополнение к Кастору и Поллуксу завоёванные поселения Италии внесли свой вклад в римский пантеон в лице Дианы, Минервы, Геркулеса, Венеры и божеств меньшего ранга, некоторые из которых были италийскими божествами, другие изначально происходили из греческой культуры Великой Греции. В 203 г. до н. э. культовый объект, олицетворяющий Кибелу, был привезён из города Пессинус во Фригии и с должными церемониями приветствовался в Риме, за много веков до того, как её территория была присоединена к Риму. Два поэта той эпохи, Лукреций и Катулл, в середине первого века до нашей эры выражали неодобрительные взгляды на её дикий экстатический культ.

В некоторых случаях божества врагов власти были официально приглашены пройти через ритуал эвокации, чтобы занять своё место в новых святилищах в Риме.

Общины иностранцев (перегрины) и бывших рабов (либертины) продолжали свои религиозные обряды в пределах города. Таким способом Митра попал в Рим, и его популярность в римской армии распространила его культ до таких далеких мест, как Римская Британия. Важные римские божества были в конечном счёте отождествлены с более антропоморфными греческими богами и богинями, и вместе с ними восприняты многие из их атрибутов и мифов.