Ксенофобия

Ксенофо́бия (от греч. ξένος «чужой» + φόβος «страх») — неприязнь к кому-либо или чему-либо чужому; восприятие чужого как неприятного и опасного[1].

Ксенофобия, возведённая в ранг мировоззрения кем-либо, может стать причиной вражды по принципу национального, религиозного или социального деления людей[1].

Биолог В. Р. Дольник указывал на то, что у животных существует явление этологической изоляции — агрессии или неприязни, проявляемой ими по отношению к близким видам и подвидам. По мнению Дольника, для человека настороженная реакция на непохожих людей неизбежна и биологически нормальна. Также у человека различия, связанные с языком, традицией, культурой, одеждой, причёской, религией, могут создавать внешнее впечатление другого вида и включать данный механизм. Таким образом, по мнению Дольника, расовое и национальное неприятие имеет в своей основе сбой поведенческой программы, рассчитанной на другой случай — видовые и подвидовые различия[2], что объясняет её иррациональность и неподверженность ксенофобии рациональным доводам. Самоошибочное функционирование генетической программы также может быть генетически детерминировано[3].

Ксенофобия могла возникнуть как инструмент адаптации в процессе эволюции, который способствовал выживанию и передаче генов потомкам. Так, страх перед незнакомцами мог быть, среди прочего, основан на наблюдении, что чужаки могут быть разносчиками новых, а значит, очень опасных (из-за отсутствия нужных антител) для коренных жителей болезнетворных микроорганизмов[4].

Общемировые массовые фобии, основанные на ксенофобии, возникают в эпоху модерна. «Великие ксенофобии» формировались в Западной Европе, но принимали общемировой характер и распространялись не только на страны «европейского мира». К началу XX века к «великим ксенофобиям» относились концепции «мирового еврейского заговора» и «жёлтой опасности». При этом две эти фобии могли сливаться в одну теорию мирового заговора. Так, ультраправый российский политик Владимир Пуришкевич заявлял, что евреи сознательно саботируют борьбу с надвигающейся «жёлтой опасностью», дабы подорвать мощь России, а Михаил Меньшиков заявлял, что евреев и китайцев объединяет «экономический паразитизм» и «древнее притязание Азии владеть нами»[5].

В конце XX века и начале XXI века их вытесняют концепции «исламской угрозы» и «нашествия мигрантов». Однако встречаются и другие варианты использования концепций «великих ксенофобий», например заявления о том, что «западная цивилизация» во главе с евреями преследует цель подавления «исламского мира» перед дальнейшим противостоянием с «жёлтой цивилизацией»[5].

Директор Московского бюро по правам человека Александр Брод в августе 2005 года заявил, что согласно опросам, ксенофобия распространена среди 50 % населения Российской Федерации. По мнению руководителя аналитического отдела ВЦИОМ Леонтия Бызова, ксенофобские настроения всегда провоцировались ослаблением государственной власти[6]. Руководитель центра по изучению ксенофобии Института социологии РАН Эмиль Паин в октябре 2003 года отметил, что социальное неблагополучие играет существенную роль в формировании ксенофобии. По его мнению, это обусловлено лишь существенно меньшим уровнем недоброжелательности к мигрантам другой национальности среди предпринимателей[7].