Кенэ, Франсуа

Франсуа́ Кенэ́ (Кене́; фр. François Quesnay; 4 июня 1694 (1694-06-04), Мер, близ Парижа — 16 декабря 1774, Версаль) — французский экономист, основоположник школы физиократов.

Член Парижской академии наук (1751; associé libre)[1], Лондонского королевского общества (1752)[2].

Сын земледельца[3], Франсуа только в 12 лет научился читать и писать от огородника-подёнщика. Дальнейшее образование получил у сельского кюре и в начальной школе в соседнем городке. В 17 лет он уехал в Париж, где несколько лет работал помощником гравёра и одновременно получал образование. В 1710 году Кенэ начал изучать медицину[4].

Энергичный и трудолюбивый, в 1718 году он женился на дочери парижского бакалейщика с хорошим приданым, получил степень доктора хирургии и стал главным врачом больницы в городе Мант. Местная аристократия стала пользоваться его услугами (от приёма родов до кровопускания); благодаря её поддержке ему удалось напечатать первый свой труд: «Observations sur les effets de la saignée» (17291730), в котором он резко восставал против воззрений пользовавшегося большим влиянием при дворе врача Сильва, пытаясь обосновать психологию на физиологическом уровне и настаивая на целительном действии природы.

В 1734 году герцог Вильруа предложил Кенэ, к тому моменту оставшемуся вдовцом с двумя детьми, постоянную работу в качестве медика в своём доме в Париже[5]. В 1737 году Кенэ получил профессорскую степень и стал постоянным секретарём Хирургической академии. В этом качестве он также активно участвовал в борьбе хирургического цеха против «факультета» — официальной учёной медицины, запрещавшей хирургам заниматься терапией, — а также писал тематические произведения (в том числе медико-философский трактат, посвящённый вопросам о медицинской этике, соотношении теории и врачебной практики и т. д.).

Как врач мадам де Помпадур с 1749 года, он получил доступ ко двору и в 1752 году стал лейб-медиком короля Франции Людовика XV. В его салоне сходились люди самых разнообразных партий — Д'Аламбер, Дидро, Дюкло, Мармонтель, Бюффон, Гельвеций, маркиз Мирабо (старший), Морелле, Тюрго (последние трое были важными учениками Кенэ); в 1766 году посетил его и Адам Смит, проникшийся уважением к хозяину салона.

К экономическим исследованиям Кенэ приступил уже на склоне лет. Первые его статьи по этому предмету, посвящённые вопросам цен на хлеб и налогам, были напечатаны в «Энциклопедии» Дидро, в 1756 году, под рубриками «Fermiers» и «Grains».

В 1758 году он напечатал «Экономическую таблицу» с объяснениями, а с 1766 года начал сотрудничать в «Journal de l’Agriculture, du Commerce et des Finances», выходившем под редакцией Пьера Самюэля Дюпона де Немура. В этом журнале, а также в другом органе физиократов, «Éphémérides du citoyen», основанном Николя Бодо, Кенэ поместил все свои главные экономические статьи: «Dialogues sur les travaux des Artisans», «Observations sur l’intérêt de l’argent», «l’Analyse du gouvernement des Incas du Pérou», «Le despotisme de la Chine». Тот же Дюпон де Немур издал в 1767—1768 гг. сочинения Кенэ под общим заглавием «Physiocratie», после чего последователи Кенэ и получили название «физиократы».

В своём труде «Китайский деспотизм» (Le Despotisme de la Chine), написанном в 1767 году, Кенэ, описывая политику и общество Китая, обращается не столько к действительным сведениям об азиатской стране, сколько к своим собственным представлениям о благотворности такого восточного деспотизма, при котором государство якобы управляется на основе «естественного закона»[6]. Одна из версий приписывает популяризацию термина Laissez-faire Венсану де Гурнэ, основавшему его на писаниях Кенэ о Китае. Николя Бодо, ученик всемерно почитавшего учение конфуцианства Кенэ, назвал своего учителя «Конфуцием Европы».

В 1773 году Кенэ издал свой последний труд: «Recherches Philosophiques sur l’Evidence des Vérité s Geometriques», в котором пытался найти квадратуру круга. Ученики Кенэ усмотрели в появлении этого труда признак упадка его умственных способностей. В это же время у Кенэ была отнята должность придворного врача.

Ему пришлось ещё порадоваться, узнав о назначении Тюрго первым министром; но он не дожил до его падения, расшатавшего веру физиократов в возможность осуществления «естественных законов общественной организации» при помощи абсолютной власти.

По мнению Кенэ, в мире господствуют законы, установленные Божеством ко благу человека; но реальная жизнь находится в некотором противоречии с принципами естественного и благодетельного порядка. Это несоответствие Кенэ объясняет неразумным пользованием свободной волей и столкновением во всяком обществе двух интересов: чисто личного, который сводится к желанию испытывать наслаждение и избегать страданий, и разумно понимаемого, который учит человека, что, кроме обязанностей перед самим собой и кроме собственных желаний, существуют ещё обязанности перед другими людьми и Богом.

При полной свободе действий разумно понимаемый интерес приобретает господство, и устанавливается всеобщее счастье. Положительное право должно признать прежде всего первейший и основной закон — право каждого на свободу и на возможность пользоваться без помех своей собственностью. Забывая об историческом происхождении неравенства в обладании различными вещами, Кенэ признаёт за человеком безграничное право распоряжаться своей собственностью как ему угодно, ибо она является результатом его труда.

Всякий человек имеет право на существование и может требовать от общества обеспечения возможности трудиться; но общество обязано дать ему только минимально необходимое количество средств к существованию. Все остальное он может добывать где и как угодно; неравенство вытекает из природы вещей, установлено Творцом для поддержания общей гармонии и обусловливается различием в приобретательных способностях.

Во главе государства Кенэ ставит незыблемую абсолютную власть, которая, по его мнению, одна может осуществить и охранить порядок, основанный на свободном преследовании разумного интереса; только абсолютный монарх не заражён личным интересом, только он один может дать народу познание естественных законов, быть его верховным жрецом. В основу общественной организации Кенэ кладёт разделение общества на три класса: производительный класс, состоящий из земледельцев и создающий чистый доход, за счёт которого содержатся все классы; класс бесплодный, не создающий ничего нового, а только перерабатывающий добытое первым классом в другую форму, более пригодную для удовлетворения потребностей; класс собственников, ничего не создающий и не перерабатывающий, а только пользующийся чистым доходом.

Чистый доход от земли составляет основу всех рассуждений Кенэ. Он находил справедливым предоставить 4/7 его в пользу собственников, 1/7 в пользу духовенства и 2/7 взять в пользу государства. Существование класса собственников он обосновывал на необходимости свободных и не занятых сил для развития духовной культуры и управления государством. Система Кенэ оказала глубокое влияние на А. Смита и его последователей.

Согласно таблице, в рамках годичного воспроизводственного цикла происходят пять актов обращения продукции и денег, предваряемых выплатой земельной ренты: фермеры уплачивают землевладельцам 2 миллиарда ливров. Затем происходит сам процесс обращения:

Работа Кенэ была раскритикована Карлом Марксом. Он отверг аксиоматику таблицы, объявив теорию «чистого продукта» ложной, а концепцию разделения общества именно на три класса — неверной. По мнению Маркса, Кенэ не сумел отразить механизм воспроизводства в условиях становления капитализма и внутреннюю противоречивость этого механизма. С другой стороны, немецкий экономист позитивно отозвался о практических рекомендациях Кенэ, отметив их прогрессивный антифеодальный характер. Главная же заслуга физиократов, и прежде всего Кенэ, по его мнению — в том, что «… они в пределах буржуазного кругозора дали анализ капитала. Эта-то заслуга и делает их настоящими отцами современной политической экономии»[7].

Согласно распространённой точке зрения, особенно среди марксистов, система Кенэ имеет только исторический интерес: все её главнейшие положения, якобы пали под ударами критики и воздействием жизненных фактов. Обосновывается это тем, что якобы никто более не верит в существование раз навсегда установленных законов общественной организации, а оптимистические надежды на действие разумно понимаемого интереса оказались иллюзией. Все виды труда, согласно марксизму, создают ценности; земля не создаёт чистого дохода, и производство совершается здесь при таких же общих законах, как и во всякой переработке и фабрикации.

Сторонники марксизма признают непреходящую ценность системы Кенэ только в некоторых аспектах, например в том, что обмен материальных благ совершается на началах их равноценности, зависящей от одинаковых затрат труда, и что только труд является основой материального благосостояния и культурного развития государств.

Тем не менее, существовали и иные взгляды на наследие Кенэ. Так, начиная с 1960-х гг. систему Кенэ творчески развивал Николай Руденко[источник не указан 1307 дней], а его достижения были высоко оценены Андреем Сахаровым в конце 1970-х., что доказало историческую важность наследия Кенэ как альтернативы марксизму в современном мире.

Считается, что составив фактически первый вариант схемы-таблицы межотраслевого баланса «затрат-выпуска», Кенэ проложил путь для последующих моделей экономического баланса Л. Вальраса и В. Леонтьева.