Русская православная церковь

Ру́сская правосла́вная це́рковь (РПЦ, другое официальное наименование[комм. 1] — Моско́вский патриарха́т[20] (МП)) — самая крупная автокефальная поместная православная церковь в мире[21][22][23][24]. Занимает пятое место в диптихе автокефальных поместных церквей мира[25][26]. Самая крупная и влиятельная религиозная организация в России[24]. Крупнейшая религиозная организация также на Украине (на 2011 год по числу приходов, духовенства[27][28] и культовых сооружений[29], но, по некоторым опросам на начало 2015 года[30], не по количеству верующих), в Белоруссии, Молдавии[31][32] (включая Приднестровье)[33]. 15 октября 2018 года, в ответ на ряд решений Константинопольского патриархата, направленных на , прервала евхаристическое общение с Константинопольским патриархатом[34][35], а 17 октября 2019 года прекратила молитвенное и евхаристическое общение с теми архиереями Элладской церкви, которые вступили или вступят в таковое общение с представителями Православной церкви Украины.

Рассматривает себя и признана другими поместными церквами в качестве канонически легитимной православной административно-независимой церкви на территории бывшего Советского Союза, исключая Грузию (в границах Грузинской ССР[36]) и Армению, признанные канонической территорией Грузинской православной церкви, а также в Японии, Китае[37] и с февраля 2016 года в Монголии[38]; считает себя единственной законной преемницей поместной Российской православной церкви[39], синодальной российской церкви и Киевской митрополии в составе Константинопольского патриархата. Кроме того, согласно её Уставу, юрисдикция РПЦ «простирается на добровольно входящих в неё православных, проживающих в других странах»[40]. Однако её исключительная юрисдикция в КНР и Эстонии[15] оспаривается Константинопольским патриархатом, на территории Украины — Православной церковью Украины, а в Молдавии — Румынской православной церковью[9][41].

Название «Русская православная церковь» применялось издавна[42], но было принято как официальное лишь осенью 1943 года[39]. Ранее использовались названия «Российская православная церковь», «Греко-восточная российская церковь» и другие. РПЦ как централизованная организация до 1991 года не имела статуса юридического лица[43], который обрела в полном объёме на территории РСФСР 30 мая 1991 года при регистрации Министерством юстиции РСФСР Гражданского устава Русской православной церкви[44] на основании Закона СССР от 1 октября 1990 года «О свободе совести и религиозных организациях». Канонические подразделения, находящиеся на территории иных, нежели Российская Федерация, государств, могут быть зарегистрированы в качестве самостоятельных юридических лиц под иными названиями в соответствии с действующим в каждой стране законодательством.

Религиозно-правовым основанием своего устройства и деятельности полагает Священное Писание, а также Священное Предание[45]. Последнее включает в себя каноны, авторизованные Церковью богослужебные тексты, творения святых отцов, жития Святых, а также обычаи Церкви[46].

В Синодальный период не существовало единообразного (официально или юридически зафиксированного) наименования православной церковной организации на территории России, и в разных источниках встречаются такие варианты, как то: Православная кафолическая греко-российская церковь, Российская Церковь, Русская Церковь, Российская Православная Церковь, Российская Православная кафолическая Церковь, Греко-Российская Церковь, Православная Греко-российская Церковь[47], Российская Восточно-православная Церковь, а в XVIII веке также и Российская Церковь греческого закона[48]. Во внутренних правительственных документах совокупность органов церковного управления в юрисдикции российского Святейшего Правительствующего Синода именовалась ведомством православного исповедания[48]. В документах Всероссийского церковного собора (1917—1918) церковь в России, как правило, именуется «Православная Российская Церковь».

Название Русская православная церковь применялось издавна[42], но было принято как официальное лишь осенью 1943 года[39].

Русская православная церковь связывает своё возникновение с Крещением Руси (988 год), когда Константинопольский патриарх Николай II Хрисоверг поставил Михаила митрополитом на новосозданную Киевскую и всея Руси митрополию Константинопольского патриархата, создание которой было инициировано киевским князем Владимиром Святославичем[49].

Ввиду разрушения и упадка значения Киева как политического центра после его и разгрома монгольскими войсками в 1240-х годах, в 1299 году митрополит Киевский Максим перенёс свою резиденцию во Владимир-на-Клязьме; с начала XIV века местопребыванием митрополитов Киевских и всея Руси стала Москва.

Статус автокефалии де-факто имеет с 1448 года, когда собор в Москве поставил на Русскую митрополию (с центром в Москве) рязанского епископа Иону без санкции Константинополя, заключившего унию с Римом. Хотя формально вхождение в состав Константинопольской патриархии было восстановлено после изгнания в 1453 году османами униатов из Константинополя, с 1448 по 1589 год Русская православная церковь (без Киевской митрополии) управлялась фактически независимыми митрополитами[4]. Начиная с царствования Иоанна III, в Русском государстве была принята концепция, согласно которой вследствие духовного (из-за Ферраро-Флорентийской унии) упадка и гибели Византии единственным оплотом вселенского православия становилась Москва, которая получала достоинство «Третьего Рима». В несколько модифицированном виде эта идея была формально закреплена в Уложенной Грамоте 1589 года от имени Константинопольского Патриарха Иеремии II. В 1589—1593 годах Московские митрополиты получили достоинство Патриархов и окончательное признание автокефалии от восточных патриархов[50]. При этом Московский патриархат был вынужден признать отделение от него Киевской митрополии, которая сохранила свое прежнее положение как часть Константинопольского патриархата. Эти принципы, установленные Московским собором 1589 года с участием Патриарха Константинопольского Иеремии, были затем подтверждены Константинопольскими всеправославными Соборами 1590 и 1593 годов.

В середине XVII века, особенно при патриархе Никоне, проводилось исправление богослужебных книг и . Некоторые прежде принятые в Московской церкви обряды, включая двоеперстие, были объявлены еретическими; те, кто будет использовать их, были преданы анафеме на соборе 1656 года и на Большом Московском соборе. В результате произошёл раскол в Русской церкви, а те, кто продолжал использовать старые обряды, стали официально именоваться «еретиками»[51], позже — «раскольниками», а позднее получили название «старообрядцы».

В 1686 году, в связи с присоединением к Русскому царству Левобережной Украины и Киева, было осуществлено согласованное с Константинопольским патриархатом переподчинение Москве Киевской митрополии (из юрисдикции Константинопольского Престола)[52].

По смерти Патриарха Адриана в 1700 году царь Пётр I запретил избрание нового патриарха, а по прошествии 20 лет учредил Духовную Коллегию, вскоре переименованную в Святейший Правительствующий Синод, который, являясь одним из государственных органов, исполнял функции общецерковного управления с 1721 по январь 1918 года, — с императором всероссийским (до 2 марта 1917 года) в качестве «крайнего Судии сей Коллегии». В этот период, в историографии именуемый синодальным, правительственные учреждения Церкви (например, Синод с его канцелярией) рассматривались как учреждения государственного управления[53][54]. Верховным правителем в церкви, согласно закону, был император: «Император, яко христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и блюститель правоверия и всякого в церкви святой благочиния»[55]; устанавливалось, что «в управлении церковном Самодержавная Власть действует посредством Святейшего Правительствующего Синода, Ею учрежденного»[56]. Церковные учреждения получали государственное финансирование; благодаря расширению границ Российской империи значительно увеличилась территория юрисдикции российского Святейшего Синода. При этом, императорская власть, в частности, ликвидировала автокефалию Грузинской церкви; после разделов Польши в состав Российской церкви были включены униатские приходы западнорусских земель (Полоцкий собор в 1839 году и обращение в православие униатской Холмской епархии в 1875 году). С другой стороны, императорская власть стремилась контролировать активы церковных учреждений; при Екатерине II был ликвидировано значительное количество монастырей, а последние потеряли право владения вотчинами и крепостными крестьянами.

В 1914 году по официальным данным обер-прокурора Святейшего Синода общее число представителей белого духовенства и церковнослужителей (протоиереев, священников, дьяконов и псаломщиков) составило 112 629 человек[57]. В России также действовали 1 025 монастырей и общин: 550 мужских (с 11 845 монахами и 9 485 послушниками) и 475 женских (с 17 283 монахинями и 56 016 послушницами)[57].

С первых же дней Первой мировой войны Православная Церковь приняла активное участие в организации помощи армии и флоту. Монастыри, церкви и паства были призваны к тому, чтобы делать пожертвования для раненых и на помощь лицам, призванным на войну. Монастыри и другие подведомственные РПЦ учреждения должны были подготовить все возможные места под госпитали и подыскать способных к уходу за ранеными лиц. Во всех храмах в пользу Красного Креста были установлены кружки для пожертвований, также предусматривалась подготовка монастырями и общинами лиц, умевших ухаживать за ранеными и больными и сбор собственными силами и средствами госпитальных принадлежностей. Православным напоминали о необходимости проявлять внимание к семьям призванных на войну[58].

Вскоре после падения монархии в России в марте 1917 года, был созван подготовляемый с начала 1900-х годов Всероссийский Поместный Собор, который открылся 15 августа (ст. ст.) 1917 года в Москве. Крупнейшим его решением было восстановление 28 октября того же года, спустя несколько дней после захвата власти большевиками в Петрограде, патриаршества. На патриарший престол был избран Тихон (Беллавин), митрополит Московский.

Первые несколько месяцев после Октябрьской революции 1917 года большевики активно не вторгались и не препятствовали деятельности Православной церкви (не считая Декрета о земле, конфисковавшего церковные земли); бюджетное финансирование церковных учреждений продолжалось[59].

Декретом СНК Российской Республики, официально опубликованном 23 января 1918 года, — [60] — церковь была отделена от государства и от государственной школы, лишена прав юридического лица и собственности, а религия объявлялась частным делом граждан. Декрет узаконивал принимавшиеся большевиками с декабря 1917 года распоряжения и акты, упразднявшие функции православной церкви как государственного учреждения, пользующегося государственным покровительством[61].

В 1918 году на территории, контролируемой большевиками, прекратилось финансирование духовенства и религиозного образования из казны[62]; Церковь пережила ряд инспирированных властями расколов (Обновленческий, Григорианский и др.)[63] и период гонений (см. в статье Религия в СССР). После смерти Патриарха Тихона в 1925 году власти не позволили проведение собора для избрания его преемника; патриаршим местоблюстителем стал митрополит Петр (Полянский), вскоре арестованный и замученный. Митрополиту Петру наследовал митрополит Сергий (Страгородский) (с декабря 1925 по 27 декабря 1936 года именовался заместителем патриаршего местоблюстителя). В 1927 году митрополит Сергий издал Послание (известное как «Декларация»), в котором признал Советский Союз гражданской родиной, призвал членов Церкви к гражданской лояльности советской власти, а также потребовал от заграничного духовенства полной политической лояльности к советскому правительству[64]. Послание и последовавшие за ним увольнения некоторых несогласных епископов на покой привело к протестам и отказу подчинения ему со стороны ряда групп внутри Патриаршей Церкви и к образованию иных «староцерковных» организаций, не признавших законность церковной власти заместителя местоблюстителя (см. статьи Иосифляне (XX век), катакомбная церковь, непоминающие), а также к «прекращению сношений»[65] с Патриархией большинства русских епископов в эмиграции.

По некоторым сведениям, в первые пять лет после большевистской революции были казнены 28 епископов и 1200 священников[66].

Основной мишенью антирелигиозной партийно-государственной кампании 1920-х и 1930-х годов была Патриаршая церковь, имевшая наибольшее число последователей. Почти весь её епископат, значительная часть священников, монахов и активных мирян были расстреляны или сосланы в лагеря; богословские школы и иные формы религиозного обучения, кроме частного, были запрещены. Основным инструментом проведения партийной политики в отношении Патриархии было 6-е отделение ОГПУ, возглавляемое Евгением Тучковым, который проводил политику разъединения и подчинения органам ОГПУ епископата и иных лиц духовенства и мирян.

22 июня 1941 года, в первый день Великой Отечественной войны митрополит Сергий (Страгородский) обратился к православным с посланием, в котором было сказано, в частности[67]:

Но не первый раз приходится русскому народу выдерживать такие испытания. С Божиею помощью, и на сей раз он развеет в прах фашистскую вражескую силу. Наши предки не падали духом и при худшем положении потому, что помнили не о личных опасностях и выгодах, а о священном своем долге перед родиной и верой, и выходили победителями. Не посрамим же их славного имени и мы — православные, родные им и по плоти и по вере.

30 декабря 1942 года митрополит Сергий обратился к верующим с призывом собрать деньги на создание особой танковой колонны памяти Димитрия Донского. В ответ одна только Москва собрала 2 млн рублей, а вся страна — 8 млн. Колонна из 40 танков «Т-34», построенных в Челябинске, была передана частям Красной Армии. К лету 1944 года на нужды фронта Церковь собрала 200 млн рублей[68][69].

В послании Патриаршего местоблюстителя от 26 июня 1942 года содержались призывы к населению оккупированных областей по мере сил содействовать партизанскому движению. Священнослужители часто сами участвовали в партизанском движении на этих территориях: укрывали отставших от частей при отступлении красноармейцев, вели патриотическую агитацию среди населения, сами вступали в антифашистские отряды. Десятки священников награждены медалью «Партизану Великой Отечественной войны»[70].

В тяжёлые для страны годы войны произошло заметное изменение политики советского государства в отношении Патриаршей церкви, которой было отдано однозначное предпочтение перед обновленческими структурами, признанными с 1922 года государственными органами как «Православная Российская Церковь», которые полностью исчезли уже в 1946 году[71]; Московская патриархия была признана как единственная законная православная Церковь в СССР (за исключением Грузии) всеми прочими поместными православными Церквами.

4 сентября 1943 года Сталин принял у себя митрополитов Сергия, Алексия и Николая; по результатам беседы было принято решение о проведении архиерейского Собора[72]. Собор епископов избрал митрополита Сергия (Страгородского) на Патриарший престол; было открыто несколько богословских школ (впоследствии получивших статус семинарий и академий); тысячи храмов, открытых на территории, занятой германской армией, продолжили деятельность после её освобождения советскими войсками. В первые послевоенные годы в СССР быстро увеличивалось количество культовых зданий РПЦ. Например, в РСФСР действовало в 1946 году 2816 церквей, молельных домов и соборов, а в 1947 году их было уже 3217[73]. Возросла в послевоенный период численность духовенства. На 1 января 1948 года в СССР по данным Совета по делам Русской православной церкви было 11827 священников и диаконов[74]. Значительная часть новых священников была из униатских приходов Западной Украины, привлеченных в Русскую православную церковь в 1946—1948 годах после отмены Брестской и Ужгородской уний. По данным Георгия Карпова, председателя Совета по делам Русской православной церкви, на 2 января 1948 года из 2718 униатских приходов Западной Украины в состав Русской православной церкви перешел 2491 приход[75].

В административном плане Русская православная церковь в 1943—1965 годах находилась под контролем специальной государственной структуры — Совета по делам Русской православной церкви. На местах действовали уполномоченные Совета, которые в финансовом плане полностью зависели от местных властей. Эти уполномоченные не только рассматривали жалобы верующих, но и могли снять с регистрации (что означало запрет на осуществление богослужений) любого священника.

С 31 января по 4 февраля 1945 года в Москве состоялся поместный собор Русской православной церкви, на котором Патриархом был избран митрополит Ленинградский Алексий.

19 сентября 1944 года и 3 января 1945 года Моссовет наградил около 20 московских и тульских священников медалями «За оборону Москвы».

В 1947 году началось некоторое ужесточение антирелигиозной политики на идеологическом и пропагандистском уровне, которое распространялось также и на РПЦ. За 1947—1957 годы были ликвидированы 38 монастырей Русской православной церкви[76].

Новая волна антирелигиозной и антицерковной политики была инициирована в период между 1959 и 1964 годом, во время нахождения во главе СССР Н. С. Хрущева; жёсткая линия сохранялась и впоследствии. Ряд мирян и клириков в тот период участвовали в диссидентском движении, признавались впоследствии «узниками совести». Священники Глеб Якунин, Сергий Желудков и другие отбывали заключение в советских тюрьмах и в ссылке, защищая свободу вероисповедания[77]. Среди заметных фигур того времени были священники Дмитрий Дудко[78] и Александр Мень. Хотя последний сторонился практической работы в диссидентском движении и пытался больше сосредоточиваться на своём призвании пастыря и проповедника, имелась определённая связь между Александром Менем и другими диссидентами.

2 июня 1971 года на Поместном соборе Русской православной церкви патриархом Московским и всея Руси был избран митрополит Крутицкий Пимен.

Церковь в СССР находилась под усиленным контролем со стороны спецслужб. В 1965 году Совет по делам Русской православной церкви был соединен с Советом по делам религиозных культов в единый надзорный орган — Совет по делам религий. Константин Харчев, председатель этого органа в 1984—1989 годах, впоследствии объяснял: «Ни один кандидат на должность епископа или другую высокую должность, будь то член Священного Синода, не получал её без одобрения ЦК КПСС и КГБ»[79]. Профессор Натаниэль Дэвис обращает внимание на следующее: «Если епископы хотели защитить своих людей и сохранить должность, они должны были сотрудничать в какой-то степени с КГБ, с комиссарами Совета по делам религий и с другими партийными и правительственными властями»[80]. Патриарх Алексий II признавался, что епископы шли на компромиссы с советским правительством, включая его самого, и публично раскаивался в содеянных компромиссах[81].

Русская православная церковь в это время принимала участие в экуменическом движении Христианской мирной конференции, Конференции европейских церквей и Всемирного совета церквей, проводила миротворческую деятельность, включая две всемирные конференции — «Религиозные деятели за прочный мир, разоружение и справедливые отношения между народами» (1977) и «Религиозные деятели за спасение священного дара жизни от ядерной катастрофы»[82].

К 1987 году число действующих церквей в СССР сократилось до 6893, а действующих монастырей до полутора десятков, из которых в двух (в Литве и Белоруссии) имелись две монашеские общины, мужская и женская. Кроме того, два монастыря находились за пределами СССР — в Святой Земле и на Афоне[82]. В 1987 году в РСФСР от 40 до 50 % новорождённых (в зависимости от региона) были крещены и более 60 % умерших были похоронены по «христианскому обычаю» (благодаря получившему широкое распространение «заочному отпеванию»).

Начиная с 1987 года, в рамках проводившейся при Михаиле Горбачёве политики гласности и перестройки, начался постепенный процесс передачи в пользование Патриархии, епархий и общин верующих зданий и имущества, ранее находившихся в церковном ведении, происходила либерализация режима контроля над религиозной жизнью и отмена ограничений деятельности религиозных объединений. Важной вехой явился 1988 год — год празднования тысячелетия Крещения Руси и проведения юбилейного поместного собора РПЦ. Был снят запрет на освещение религиозной жизни в СССР по телевидению — впервые в истории Советского Союза люди смогли видеть прямые трансляции богослужений по телевизору.

В 1988 году Русская православная церковь имела уже 8,5 тысяч приходов и 76 епархий на территории СССР, а также 120 зарубежных приходов, объединённых в три благочиния (Финляндское, Венгерское, Мексиканское) и 3 экзархата (Западноевропейский, Среднеевропейский, Центрально- и Южно-Американский), 20 монастырей, из которых два зарубежные: мужской Пантелеимонов на Афоне (юрисдикционно находящийся в ведении Константинопольского патриарха[83][84][85][86][87][88]) и женский Горненский вблизи Иерусалима[89][90].

6 июня 1990 года на Поместном соборе Русской православной церкви патриархом Московским и всея Руси был избран митрополит Ленинградский Алексий.

Существенная особенность положения РПЦ после 1991 года (распада СССР) — транснациональный характер её юрисдикции в пределах бывшего СССР (без Грузии и Армении): впервые за всю историю своего бытия Московский патриархат полагает своей «канонической территорией» (термин был введён в оборот в 1989 году[91]) территорию множества суверенных и независимых государств. Как следствие, её административно-канонические подразделения, находясь в разных странах, функционируют в весьма различных государственно-правовых, общественно-политических и конфессионально-культурных условиях[92]. В результате с начала 1990-х годов возникла канонически ненормальная ситуации параллельных юрисдикций в Эстонии и Молдавии, а с 2000-х — в Китае[9] и части Украины[11].

17 мая 2007 года патриарх Алексий II и первоиерарх РПЦЗ митрополит Лавр (Шкурла) подписали Акт о каноническом общении, которым был ликвидирован восьмидесятилетний раскол между Московским патриархатом и Русской православной церковью заграницей (РПЦЗ). В результате подписания данного акта РПЦЗ вошла в состав РПЦ на правах самоуправляемой церкви (соответствующие поправки были внесены в Устав РПЦ 27 июня 2008 года) и получила признание канонических православных церквей. Однако часть духовенства и мирян РПЦЗ под предводительством епископа Агафангела данный акт не признала, и они продолжили своё существование как независимая, но не признанная каноническими православием, церковь — РПЦЗ под омофором митрополита Агафангела.

На Украине с 1992 по 2018 год, помимо (УПЦ МП), действовали неканонические (УПЦ КП) и Украинская автокефальная православная церковь (УАПЦ)[комм. 2], а с 2018 года — признанная Константинопольским патриархатом и не признанная большинством поместных православных церквей Православная церковь Украины.

Московский патриархат принял решение не участвовать во Всеправославном соборе в июне 2016 года на Крите (Греция), в подготовке которого он совместно с другими церквами участвовал с 1961 года[93]. Решения Собора, рассмотревшего под председательством Вселенского патриарха Варфоломея ограниченный круг вопросов дисциплинарно-канонического характера, не были приняты Московским патриархатом[94][95].

Отношения Московского патриархата с Константинопольским патриархатом, напряжённые с 1920-х годов, резко обострились в 2018 году в связи с ситуацией на Украине[96][97][98].

15 октября 2018 года на заседании Священного синода Русской православной церкви было принято решение, «ввиду продолжающихся антиканонических действий Константинопольского Патриархата», признать невозможным дальнейшее пребывание с ним в евхаристическом общении[34][99][100]. В опубликованном заявлении Священного синода сообщалось о причинах такого решения:

Священный синод принял решение, что «отныне и впредь до отказа Константинопольского Патриархата от принятых им антиканонических решений для всех священнослужителей Русской Православной Церкви невозможно сослужение с клириками Константинопольской Церкви, а для мирян — участие в таинствах, совершаемых в её храмах»[101].

17 октября 2019 года после решения Архиерейского собора Элладской православной церкви, согласно которому им признавалось «право Вселенской патриархии даровать автокефалию, равно как и привилегию предстоятеля Элладской церкви далее заниматься вопросом признания Церкви Украины»,[102] Священный синод Русской православной церкви постановил прекратить молитвенное и евхаристическое общение с теми архиереями Элладской церкви, которые вступили или вступят в таковое общение с представителями ПЦУ и не благословил совершение паломнических поездок в епархии, управляемые этими архиереями[103].

21 октября 2019 года предстоятель Элладской церкви архиепископ Иероним направил предстоятелю Православной церкви Украины Епифанию письмо, из которого следовало, что архиепископ Иероним признал Православную церковь Украины[104]. 3 ноября 2019 года патриарх Кирилл впервые не помянул архиепископа Иеронима во время литургии, зачитывая диптих с предстоятелями поместных Церквей[105].

8 ноября 2019 года патриарх Александрийский Феодор II признал Православную церковь Украины. В тот же день заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Николай Балашов заявил, что «это означает, что поминовение имени Александрийского патриарха не сможет продолжаться при совершении патриарших богослужений в Русской православной церкви»[106]. 26 декабря 2019 года Священный Синод РПЦ подтвердил невозможность поминовения имени патриарха Феодора II в диптихах, а также молитвенного и евхаристического общения с ним, но постановил сохранить церковное общение с архиереями Александрийской православной церкви, кроме тех, которые поддержали или в будущем поддержат ПЦУ[107].

В 1988 году из духовных учебных заведений были три духовные семинарии (в Загорске, Ленинграде и Одессе) и две духовные академии — Московская и Ленинградская. Причём в последней имелся факультет иностранных студентов и регентский класс[82]. На конец 2008 года в РПЦ действовали пять духовных академий, три православных университета, два богословских института, 38 духовных семинарий, 39 духовных училищ, пастырские курсы Красноярской епархии; общее число духовных школ — 87; при нескольких академиях и семинариях имелись регентские и иконописные школы[108].

В 2005 году религиоведы Сергей Филатов и Роман Лункин, проводя анализ православной религиозности современных россиян, пришли к выводу, что «расширяя или сужая строгость критериев, к практикующим православным в России можно отнести от 2 до 10 % населения, то есть от 3 до 15 млн человек», и высказали мнение, что она «зыбка и не структурирована — организационно, догматически и идеологически, что любые критерии её измерения и цифры, полученные на их основе, носят в принципе условный характер», поскольку считают, что «про большинство „православных верующих“ трудно сказать — православные они верующие или нет»[109].

13 декабря 2007 года патриарх Алексий II, имея, очевидно, в виду страны за пределами бывшего СССР, сказал: «<…> около 400 приходов имеет за рубежом Московский Патриархат и около 300 приходов — Русская зарубежная церковь. Таким образом, сотни приходов сейчас духовно окормляют наших соотечественников за границей»[110][111]. Согласно сведениям, оглашённым 12 декабря 2008 года управляющим Московской епархией митрополитом Крутицким и Коломенским Ювеналием (Поярковым)[108][112], в РПЦ действовали 804 монастыря: из них в России мужских — 234, женских — 244, в странах СНГ — 142 мужских и 153 женских монастырей, в странах дальнего зарубежья — три мужских[113] и три женских монастыря; кроме того, 203 подворья и 65 скитов (сюда не включены 16 мужских и девять женских обителей Русской православной церкви за границей).

По данным, приведённым патриархом Кириллом на Архиерейском совещании 2 февраля 2010 года[114], в РПЦ имелось 160 епархий, 30 142 прихода, 28 434 священника, 3625 диаконов.

По состоянию на конец 2012 года в ведении Патриаршего престола находились 28 ставропигиальных монастырей[115], в число которых входили шесть мужских и пять женских обителей, находившихся в Москве (см. ).

Согласно сведениям, приведённым в докладе патриарха Кирилла на Архиерейском соборе 2 февраля 2013 года[116], в начале 2011 года в Русской православной церкви было 30 675 приходов; по данным на время доклада, в Русской православной церкви имелось 247 епархий, несли служение 290 епархиальных и викарных епископов, из них — 225 правящих; служили 30 430 штатных священников и 3765 штатных диаконов, из них на приходах — 29 183 священника и 3073 диакона, остальные клирики относились к монастырскому духовенству. При этом в 57 странах дальнего зарубежья имелось 829 приходов и 52 монастыря Московского патриархата, в том числе 409 приходов и 39 монастырей в составе Русской зарубежной церкви[116].

По состоянию на начало 2019 года в Русской православной церкви насчитывалось 309 епархий с 382 архиереями, 35 677 священников и 4837 диаконов, 38 649 приходов, 474 мужских и 498 женских монастыря с 5883 насельниками и 9687 насельницами соответственно (включая рясофорных). В странах дальнего зарубежья действовало 19 епархий Русской Православной Церкви, включающих 977 приходов и 40 монастырей[17].

Русская православная церковь не ведёт учёта количества своих членов или посещаемости богослужений[комм. 3].

Современная структура Русской православной церкви (Московского патриархата), порядок формирования её центральных и местных органов управления, их полномочия определены Уставом Русской православной церкви, принятым Архиерейским собором 16 августа 2000 года[117] с поправками, принятыми на Архиерейском соборе 27 июня 2008 года[118], а также Архиерейскими соборами 2011[119], 2013[120], 2016[38] и 2017[121] годов.

Ныне действующая редакция Гражданского устава РПЦ[122] зарегистрирована в Министерстве юстиции РФ 30 ноября 1998 года при перерегистрации религиозных объединений в соответствии с новым Федеральным законом от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях»[123]. Гражданский устав РПЦ (1991), зарегистрированный в Министерстве юстиции РФ 30 мая 1991 года, был опубликован в «Журнале Московской Патриархии»[39][124].

Устав РПЦ определяет Русскую православную церковь как «многонациональную поместную автокефальную церковь, находящуюся в вероучительном единстве и молитвенно-каноническом общении с другими поместными православными церквами»[125].

Согласно Уставу Русской православной церкви, высшими органами церковной власти и управления являются Поместный собор, Архиерейский собор и Священный синод во главе с патриархом, обладающие законодательными, исполнительными и судебными полномочиями — каждый в своей компетенции.

Поместный собор решает вопросы, касающиеся избрания патриарха и его ухода на покой, предоставления частям Русской православной церкви автокефалии, автономии и самоуправления. Созывается в сроки, которые определяются Архиерейским собором или, в исключительных случаях, патриархом и Священным синодом, в составе архиереев, клириков, монашествующих и мирян. Последний собор был созван в январе 2009 года.

Архиерейский собор — поместный собор, в котором участвуют исключительно епископы. Является высшим органом иерархического управления Русской православной церкви. В его состав входят все правящие епископы Церкви, а также викарные епископы, возглавляющие синодальные учреждения и духовные академии; по Уставу, созывается не реже одного раза в четыре года[126].

Священный синод, согласно действующему Уставу РПЦ, является высшим «органом управления Русской православной церкви в период между Архиерейскими соборами». Состоит из председателя — патриарха (или местоблюстителя), девяти постоянных и пяти временных членов — епархиальных архиереев[127].

Патриарх — предстоятель Церкви, имеет титул «Святейший Патриарх Московский и всея Руси»[128]. Ему принадлежит «первенство чести» среди епископата Русской православной церкви. Имя патриарха возносится во время богослужения во всех храмах Русской православной церкви.

Высший церковный совет — постоянный исполнительный орган, действующий с марта 2011 года при патриархе Московском и всея Руси и Священном синоде Русской православной церкви[129]. Возглавляется патриархом и состоит из руководителей синодальных учреждений Русской православной церкви.

Как юридическое лицо Церковь зарегистрирована в виде религиозной организации «Русская православная церковь» с присвоением ей ОГРН 1037700255471[130].

Сан Патриарха является пожизненным[131]. Кандидатом для избрания в Патриархи может быть только архиерей (епископ) Русской православной церкви не моложе 40 лет, имеющий высшее богословское образование и достаточный опыт епархиального управления; вопрос гражданства (подданства) Уставом не оговорён[132]. Право церковного суда над Патриархом, а также решение об уходе его на покой принадлежит Архиерейскому собору[133]. В случае кончины Патриарха или невозможности выполнения им своих обязанностей (уход на покой, нахождение под церковным судом и т. п.) Священный синод под председательством старейшего по хиротонии постоянного члена Священного синода немедленно избирает из числа своих постоянных членов местоблюстителя патриаршего престола. Процедура избрания местоблюстителя устанавливается Священным синодом[134].

Являясь правящим епископом города Москвы (епархия Московской области находится в непосредственном управлении патриаршего наместника — митрополита Крутицкого и Коломенского), Патриарх обладает значительными общецерковными административными полномочиями: вместе со Священным синодом созывает Архиерейские соборы и заседания Священного синода, в исключительных случаях — поместные соборы, — и председательствует на них; несёт ответственность за исполнение постановлений Соборов и Священного синода; издаёт указы об избрании и назначении епархиальных архиереев, руководителей синодальных учреждений, викарных архиереев, ректоров духовных школ и иных должностных лиц, назначаемых Священным синодом; награждает архиереев установленными титулами и высшими церковными отличиями; награждает клириков и мирян церковными наградами; утверждает присуждение учёных степеней[135].

Московская Патриархия — учреждение Русской православной церкви, объединяющее структуры, непосредственно руководимые Патриархом[136]. Патриарх — священноархимандрит (настоятель) Троице-Сергиевой лавры, а также ряда других монастырей, имеющих статус патриарших ставропигий.

В части внешних сношений Патриарх «сносится с предстоятелями Православных церквей во исполнение постановлений соборов или Священного синода, а равно и от своего имени; представляет Русскую православную церковь в отношениях с высшими органами государственной власти и управления».

С 1 февраля 2009 года (интронизация) предстоятель Церкви — Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (Гундяев), избранный на патриарший престол 27 января того же года на Поместном соборе РПЦ. С 6 декабря 2008 года и до избрания патриархом он был местоблюстителем патриаршего престола[137][138].

Священный синод Русской православной церкви состоит из председателя — Патриарха (или местоблюстителя), девяти постоянных и пяти временных членов — епархиальных архиереев[127]. Постоянными членами Священного синода являются следующие иерархи (по кафедре или должности):

В 2011 году в число постоянных членов Синода были включены митрополит Астанайский и Казахстанский и митрополит Среднеазиатский (данное решение Синода должно в последующем быть утверждено Архиерейским собором)[139].

Временные члены вызываются на полугодичные сессии из числа епархиальных архиереев в порядке очерёдности. Как правило, заседания Синода являются закрытыми. Рассматриваемые вопросы решаются общим голосованием, большинством голосов. Воздержание от голосования не допускается.

Архиерейский собор 26 июня 2008 года утвердил «Положение о церковном суде Русской православной церкви»[140] и предложенные изменения в Уставе Русской православной церкви, согласно которым судебная система РПЦ включает 3 инстанции: епархиальные суды, общецерковный суд и суд Архиерейского собора, а также высшие церковно-судебные инстанции Русской православной церкви за границей и Самоуправляемых церквей.

Конкретными сферами общецерковных дел ведают синодальные учреждения, которые создаются или упраздняются по решению Поместного или Архиерейского соборов Священным синодом. Крупнейшее синодальное учреждение — Отдел внешних церковных связей, играющий ведущую роль во всех контактах Патриархии как за рубежом, так и внутри РФ. Согласно Главе XIV Устава РПЦ, «высшая церковная власть осуществляет свою юрисдикцию» над «церковными учреждениями в дальнем зарубежье» через Отдел внешних церковных связей[141]. C 31 марта 2009 года существует также Секретариат (с 26 июля 2010 года — Управление[142]) Московской Патриархии по зарубежным учреждениям — «в помощь Патриарху Московскому и всея Руси для осуществления канонического, архипастырского, административного, финансового и хозяйственного попечения о зарубежных учреждениях Русской православной церкви»[143].

С 22 ноября 1990 года существуют отдел религиозного образования и катехизации (председатель — митрополит Меркурий (Иванов), до 2009 года — архимандрит Иоанн (Экономцев)) и (глава — епископ Пантелеимон (Шатов)). В июле 1995 был создан [144][145], возглавляемый с 17 июля 2001 года протоиереем Димитрием Смирновым[146]. 31 марта 2009 года были образованы отдел по взаимодействию Церкви и общества, во главе которого был назначен протоиерей Всеволод Чаплин[147] и информационный отдел (председатель — В. Р. Легойда).

Отдел внешних церковных связей Московской Патриархии на территории Данилова монастыря

Входящие в Русскую православную церковь автономные (с февраля 2011 года[148])[комм. 4] и самоуправляемые церкви, экзархаты, митрополичьи округа, епархии, синодальные учреждения, благочиния, приходы, монастыри, братства, сестричества, духовные учебные заведения, представительства и подворья канонически составляют Московский патриархат[149].

28 декабря 2018 года было объявлено о решении Священного синода Русской православной церкви образовать Патриаршие экзархаты в Западной Европе (с центром в Париже) и Юго-Восточной Азии (с центром в Сингапуре). В сферу пастырской ответственности экзархата в Западной Европе включены: Андорра, Бельгия, Великобритании и Северная Ирландия, Ирландия, Испания, Италия, Лихтенштейн, Люксембург, Монако, Нидерланды, Франция, Швейцария. Синод принял также решение образовать епархию РПЦ в Испании и Португалии с центром в Мадриде. В сферу пастырской ответственности азиатского экзархата в Юго-Восточной Азии вошли: Сингапур, Вьетнам, Индонезия, Камбоджа, КНДР, Южная Корея, Лаос, Малайзия, Мьянма, Филиппины и Таиланд[150].

С 17 мая 2007 года вследствие подписания патриархом Московским Алексием II и первоиерархом Русской православной церкви заграницей митрополитом Лавром Акта о каноническом общении[151] Русская православная церковь заграницей «пребывает неотъемлемой самоуправляемой частью Поместной Русской православной церкви»[152].

Основная территориальная единица — епархия, возглавляемая епархиальным архиереем (епископом, архиепископом или митрополитом) и объединяющая находящиеся на данной территории приходы (приходские общины), объединённые в благочиния, и монастыри. Границы епархий определяются Священным синодом с учётом административно-территориального деления областей, краёв, республик или государств. Органами епархиального управления являются епархиальное собрание и епархиальный совет, при содействии которых архиерей управляет епархией.

Основная структурная единица церковного устройства — приход — община православных христиан, состоящая из клира и мирян (прихожан), объединённых при храме[153]. Во главе прихода стоит настоятель храма, назначаемый епархиальным архиереем для духовного руководства верующими и управления причтом и приходом. Органами приходского управления являются возглавляемое настоятелем приходское собрание, приходской совет (исполнительный орган, подотчётный приходскому собранию, состоящий из председателя — церковного старосты, его помощника и казначея), — и ревизионная комиссия.

Доходы Русской православной церкви складываются посредством получения добровольных пожертвований, а также оплат треб и приобретённых прихожанами церковных свечей и предметов религиозного назначения[154].

В настоящее время каждая структурная единица, находящаяся в каноническом ведении Русской православной церкви, зарегистрирована Министерством юстиции как самостоятельное юридическое лицо (религиозная организация).

Данные о центральном церковном бюджете (бюджете Патриархии) не оглашались с 1997 года[источник не указан 248 дней]. Согласно исследованию Н. А. Митрохина[155], основную прибыль Московской Патриархии приносят операции с государственными ценными бумагами (приобретение государственных краткосрочных облигаций) и два коммерческих предприятия (предприятие по производству церковной утвари в посёлке Софрино Московской области и гостиница «Даниловская» в Москве), взносы же епархиальных управлений на общецерковные нужды составляют небольшую долю — согласно сообщению Патриарха Алексия II на Архиерейском Соборе в октябре 2004 года, 6 % от всех поступлений и 22 % от взносов на эти цели, сделанных храмами Москвы[156]. Согласно исследованию Н. А. Митрохина и М. Ю. Эдельштейна[157], доходы типичного прихода РПЦ составляют несколько тысяч долларов в год и складываются из четырёх основных компонентов: средства, полученные от продажи свечей; пожертвования за требы и поминовения; тарелочно-кружечный сбор (пожертвования во время богослужений); доходы от торговли утварью и книгами.

Из доклада Патриарха Алексия II на Архиерейском соборе 24 июня 2008 года: «За период, прошедший после Архиерейского собора 2004 г., расходная часть общецерковного бюджета увеличилась на 55 %. Основные затраты связаны с содержанием духовных учебных заведений — 46 %, а взносы епархий покрывают лишь 29 % этих расходов или ровно половину годовой сметы МДАиС»[158].

Определением Священного синода от 31 марта 2009 года[159] учреждено Финансово-хозяйственное управление Московской Патриархии (впервые было организовано в 1946 году; упразднено 17 февраля 1997 года[160]).

В докладе на Архиерейском совещании 2 февраля 2010 года Патриарх Кирилл отметил[161] сферу финансов и хозяйства «как один из проблемных аспектов нашей церковной жизни»; Патриарх выразил «недоумение» в связи с суммами отчислений в Московскую Патриархию «ряда епархий в 100, 200 или 300 тысяч», которые, по его словам, «соответствуют годовым отчислениям в Московскую Патриархию наименее обеспеченных приходов Москвы»; Патриарх также констатировал уменьшение в 2010 году объёма финансирования работ по восстановлению и реставрации памятников истории и архитектуры федерального значения в рамках Федеральной целевой программы «Культура России (2006—2011 годы)».

С точки зрения налогообложения законодательство РФ рассматривает структуры РПЦ, как и прочих религиозных объединений, в качестве НКО. Русская православная церковь предоставляет Федеральной регистрационной службе финансовую отчётность упрощённой формы, предусмотренной для религиозных объединений[162], и имеет ряд налоговых льгот[163].

Согласно газете «Аргументы и факты», в настоящее время в России действуют православные агентства недвижимости[164].

В марте 2007 года правительственная комиссия под руководством Дмитрия Медведева утвердила концепцию передачи в собственность РПЦ имущества религиозного назначения, поручив Минэкономразвития подготовить соответствующий законопроект[165][166][167]. 13 января 2010 года правительственная комиссия по вопросам религиозных объединений рассмотрела новую редакцию закона «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения»: согласно ей, структурам РПЦ будут переданы объекты, находящиеся как в федеральной, так и в региональной собственности[168]. При этом Московский патриархат «не будет поднимать вопрос о реституции, но приветствует шаги государства по возвращению церковных зданий»[169].

30 ноября 2010 года президент РФ Дмитрий Медведев подписал закон о передаче церкви имущества религиозного назначения, находящегося в федеральной или региональной собственности[170].

Русская православная церковь имела ряд имущественных споров с государством, религиозными организациями[171] и частными лицами[172][173]; некоторые из споров вызвали общественный резонанс[174][175][176]. По мнению Валерия Назарова, главы Федерального агентства по управлению федеральным имуществом, имущественные споры между государством и религиозными организациями чаще всего возникают вокруг музеев, памятников истории и культуры[177].

Так как в советский период власти практически не разрешали строить православные храмы, то к 1991 году значительная часть используемых для православных богослужений культовых зданий была дореволюционной постройки. Многие из них были взяты на учёт как памятники истории и культуры. Количество памятников увеличилось в постсоветский период за счет передачи Русской православной церкви ранее национализированных объектов. К началу 2010 года, по данным Росохранкультуры, в пользовании Русской православной церкви были 5692 памятника федерального и регионального значения[178].

На май 2019 года, согласно данным митрополита Тихона (Шевкунова), на территории России находится более 4000 аварийных и руинированных храмов Русской православной церкви. Церковь составила подробный перечень всех аварийных храмов, в том числе являющихся памятниками архитектуры. Храмы, находящиеся в сёлах, где никто не живёт, решено хотя бы законсервировать, дабы предотвратить дальнейшее разрушение[179].

В 1988 году издавалось 10 периодических изданий, а также церковные календари, Библия, богослужебная литература и труды самых крупных богословов[180][181]. С 2000 года[182], контроль за издаваемой и распространяемой Русской православной церковью печатной продукцией религиозного содержания осуществляет Издательский совет Русской православной церкви, который не является цензурным.

Русская православная церковь в целом придерживается в своей литургической жизни юлианского календаря и Александрийской пасхалии для исчисления дня празднования Пасхи. В богослужении с конца XIV века действует иерусалимский устав. Богослужебный язык — церковнославянский новомосковского извода. В XIX веке всеобщее распространение в приходской практике получило партесное пение, почти вышел из обихода знаменный распев. К концу синодального периода сложился ряд отличительных особенностей в литургической и пастырской практике, утвердившихся в XX веке: служение вечерни, утрени и Первого часа в рамках единой службы, совершаемой вечером, фактическая отмена малого повечерия, Полунощницы, междочасий, сокращение чтений кафизм и канонов, обязательная исповедь для причастников непосредственно перед принятием Святых Тайн или накануне.

Начиная с 1990-х годов репертуар песнопений на клиросах храмов Русской православной церкви становится стилистически разнообразным и эклектичным. Даже в пределах одного города, особенно в крупных городах, песнопения кардинально отличаются не только по степени сложности, но и по стилю[187].

С 1968 года в Русской православной церкви появилась практика совершения Литургии преждеосвященных Даров вечером[187].

Взаимоотношения Римско-католической церкви (РКЦ) и Русской Церкви имеют многовековую историю. С начала 1960-х годов идёт богословский и дипломатический диалог между Ватиканом и руководством РПЦ как на двусторонней, так и многосторонней (в формате совместного диалога поместных православных церквей с РКЦ) основе. В конце 1980-х годов предметом спора между Русской православной церковью и Ватиканом стали униатские храмы на Украине. В связи с распадом СССР представители Украинской греко-католической церкви стали занимать православные храмы, которые ранее были униатскими. В январе 1990 года между РПЦ и Римско-католической церковью были заключены «Рекомендации по нормализации отношений между православными и католиками восточного обряда в Западной Украине»[188].

Руководство Московской патриархии традиционно поддерживает отношения с главным раввином России Адольфом Шаевичем, представляющим . С начала 2000-х годов, в связи с политическим усилением Федерации еврейских общин России, на протокольные мероприятия патриархии также приглашается Главный раввин последней — Берл Лазар.

Мнение исламоведа Алексея Малашенко: «Хотя РПЦ открыто не вмешивается во внутримусульманские дела, известно, что наибольшие симпатии Московский патриархат выказывает к главе Центрального духовного управления Талгату Таджутдину. В свою очередь, Таджутдин всячески подчёркивает своё особое расположение к РПЦ. Это вызывает досаду у вечного оппонента ЦДУМ — Совета муфтиев России, считающего, что ЦДУМ уже давно не является ключевой структурой и олицетворяет собой советское прошлое. <…> Диалог между РПЦ и мусульманами нельзя считать диалогом в „чистом виде“. В нём неизбежно, явно или скрытно, присутствует третий участник — государство»[189].

9 февраля 2010 года председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин приветствовал начавшийся в конце 2009 года процесс объединения основных исламских структур России: Центрального духовного управления мусульман (ЦДУМ), Совета муфтиев России (СМР) и Координационного центра мусульман Северного Кавказа (КЦМ СК)[190][191].

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в выступлении на открытии Архиерейского собора 2004 года назвал распространение неоязычества одной из главных угроз XXI века, поставив его в один ряд с терроризмом и другими губительными явлениями современности[192].

Легитимность канонической преемственности современной РПЦ от Синодальной, а также Патриаршей (устроенной в согласии с решениями Поместного собора 1917—1918 годов) Церкви, продолжают оспаривать неканонические православные организации русской традиции, а также группы, не признавшие присоединение РПЦЗ к Московскому патриархату, которые, в соответствии с прежней позицией зарубежного Архиерейского синода[193][65], обычно полагают Патриаршего местоблюстителя Петра (Полянского) последним законным предстоятелем поместной Православной российской церкви[194], считая митрополита Сергия (Страгородского) «узурпатором церковной власти»[195][196].