Пятикнижие

Пятикни́жие (ивр.חֲמִשָּׁה חֻמְשֵׁי תּוֹרָה‏‎ — хамиша хумшей Тора или ивр.חֻמָּשׁ‏‎ — хумаш), так называемый Моисе́ев Зако́н (Торат Моше — תורת משה) — пять первых книг канонической еврейской и христианской Библий: Бытие, Исход, Левит, Числа и Второзаконие. Пятикнижие образует первую часть еврейского Танаха — Тору. Слово «Пятикнижие» представляет буквальный перевод с греческого — πεντάτευχος от πεντε — «пять» (ивр. — «хамиша» חמשה) и τευχος — «том книги».

Невозможно установить, существовала ли когда либо Тора как единый текст, разделенный на пять книг. Исходя из библейской критики и споров об авторстве Библии все имеющиеся данные научных исследований говорят о том, что она была составлена из текстов, написанных разными авторами в разное время.[1][2] Первое традиционное упоминание деления Торы на пять книг относится к Иерусалимскому Талмуду[3] (около III века н. э.). Во всяком случае, помимо чисто технических соображений (например, уменьшение размеров свитков, для более удобного чтения), подобное деление обусловлено структурой самого текста.

Русские названия книг Пятикнижия происходят от греческих названий, в то время как в оригинале книги названы по первым значимым словам, соответственно: Бе-решит («В начале»), Шемот («Имена»), Ва-икра («И воззвал»), Бе-мидбар («В пустыне»), Дварим («Слова»). Такой способ называния практикуется с древнейших времён, и потому можно предположить, что это — изначальные названия книг Пятикнижия. Однако существовали и другие названия.

Согласно традиционному взгляду, Пятикнижие, то есть собственно Тора в узком смысле, представляет собой единый документ Божественного откровения, с начала и до конца записанного самим Моисеем. Исключением являются последние восемь стихов Второзакония (где рассказывается о смерти Моисея), относительно которых существуют два мнения: первое — и эти стихи также были продиктованы Богом и записаны Моисеем; второе — они были дописаны Иисусом Навином (Иехошуа бин Нуном)[29].

В Чис. 12:6—8 указывается, что способ, каким Бог общался с Моисеем, отличен от того, каким все другие пророки получали Его откровение: других пророков в эти мгновения покидали реальные человеческие чувства, и только Моисею откровение было дано, когда он находился в полном сознании, «устами к устам… и явно, а не в гаданиях…»[30]; более того, «»[31].

и говорил Господь с Моисеем лицом к лицу, как бы говорил кто с другом своим

По мнению исследователей (в основном такая точка зрения восходит к немецким библеистам девятнадцатого столетия), Второзаконие отождествляется с «Книгой Торы», найденной в Иерусалимском храме в 622 году до н. э. в царствование Иосии (Иошияху), что описано в 4Цар. 22; четыре другие книги Пятикнижия были канонизированы во времена Ездры (Эзры) и Неемии (Нехемии). «Книга Торы (Моисеевой)», введённая Эзрой[32] в дополнение к Второзаконию[33], по-видимому, включала также тексты, известные нам из книги Левит[34] и книги Чисел[35]. В то же время многие исследователи не разделяют эту точку зрения.

Традиционный иудаизм отвергает историко-критический подход к Пятикнижию и научно-филологический анализ текста. Масоретский текст принимается как единственная авторитетная и авторизованная версия Пятикнижия (хотя и допускается, что в этот текст могли вкрасться незначительные описки). Об установлении законоучителями господствующего чтения рассказывает мидраш: «»[36]. Особая коллегия, состоявшая на храмовом содержании, периодически проверяла текст[37]. С великим прилежанием и любовью к своему делу последующие поколения переписчиков заботились о точном воспроизведении оригинала. Во избежание возможных ошибок при копировании текста были разработаны подробные правила для переписчика (Софрим). Исследование библейских текстов, обнаруженных среди свитков Мёртвого моря, которые на тысячу лет старше стандартного масоретского текста, установленного в X веке Аароном Бен-Ашером, подтвердило его аккуратность и показало неправомерность многочисленных «поправок», предложенных за последние два века.

в Храме были найдены три свитка; в одном из них было написано так: […], а в двух других — так: […]; законоучители отвергли чтение первого свитка и приняли чтение двух других, и, в конце концов, единый согласный текст был передан в храмовые архивы

Учёные-библеисты рассматривают Пятикнижие как результат ряда редакций с использованием различных литературных источников. Использование литературных источников в процессе создания современного текста Пятикнижия наиболее наглядно в Чис. 21:14—15, где приводится цитата из «свитка войн Яхве», а также в Быт. 5, которая приводит «свиток генеалогии Адама».

Другие признаки составной структуры Пятикнижия с точки зрения библейской критики включают в себя следующие.

Наиболее известной теорией происхождения Пятикнижия является Документальная гипотеза, выдвинутая немецкими учёными в XIX веке и предполагающая 4 источника-документа, объединённых в результате трёх редакций. Древние эпические источники Яхвист и Элохист, записанные в период Царств, были объединены после падения Северного царства. Впоследствии к полученному документу был добавлен третий документ — книга Второзаконие. Последним был добавлен Священнический (Жреческий) кодекс, в результате этого добавления текст Пятикнижия приобрёл современную форму. Последнюю редакцию относят к периоду после Вавилонского плена.

Существуют и более радикальные гипотезы происхождения Пятикнижия. Например, представители так называемой школы библейского минимализма (англ. Biblical minimalism) утверждают, что тексты Библии написаны в эллинистический период. Одним из их аргументов является тот факт, что археологические раскопки не подтверждают фактов, изложенных в книгах Ездры и Неемии, на которых базируются многие выводы Документальной теории. Например, согласно Библии, Неемия восстановил Иерусалим и отстроил городскую стену, что произошло приблизительно в V в. до н. э. Однако по данным раскопок, Иерусалим в персидский период представлял собой крошечную деревушку размером 150*250 метров с населением не больше 400 человек, без всяких укреплений, а городская стена, приписываемая Неемии, построена только во II в. до н. э.[38] Кроме того, нет никаких внебиблейских упоминаний о Ездре и Неемии. На этом основании минималисты делают вывод, что Ездра и Неемия являются вымышленными персонажами, а книги, названные их именами, написаны столетиями позже.

Самаритяне используют свой вариант древнееврейского текста Пятикнижия, который написан палеоеврейским письмом. Большинство исследователей сходятся на том, что самаритянское Пятикнижие существовало уже в III веке до н. э. Первое знакомство европейских исследователей с этим Пятикнижием относится к 1616 г.[39].

Началась дискуссия исследователей Библии о сравнительных достоинствах самаритянского и масоретских текстов Пятикнижия. Наиболее полный сравнительный анализ осуществил Г. Ф. В. Гезениус в труде «О происхождении самаритянского Пятикнижия» (на латинском языке; 1815 г.). Гезениус доказал, что масоретский текст ближе к оригиналу, чем самаритянский. Последний всегда предпочитает более простые слова там, где первый даёт архаическую или сложную форму. Традиционное произношение, сохраняемое при чтении самаритянами Пятикнижия, обнаруживает близость к языку свитков Мёртвого моря. Наиболее значительное текстуальное отличие самаритянского Пятикнижия от масоретского — вставка после Исх. 20:14 (и Втор. 5:18) длинного отрывка, представляющего собой главным образом стихи (Втор.  27:4) и 11:30. Это, безусловно, сознательное видоизменение текста, которое вместе с рядом других, менее значительных изменений призвано «подтвердить» утверждение самаритян, что гора Гризим близ Шхема — «избранное место», то есть место центрального Храма.

В христианстве велись дискуссии о том, насколько заповеди Моисея, данные в Пятикнижии, могут быть применимы к христианам. В англоязычной литературе выражение Biblical Law in Christian Context также может относиться к установлениям и этическим правилам, содержащимся в Пятикнижии, в их применении к христианам, в особенности в контексте суперсессионизма (богословской теории, согласно которой отношения между Богом и христианами могут быть описаны как «замещение» или «исполнение» заветов с еврейским народом). В различных христианских конфессиях высказываются различные точки зрения — от полного отрицания какого-либо применения закона Моисея христианами, до частичного их приятия и (в различных протестантских деноминациях, например, у адвентистов седьмого дня и представителей некоторых других направлений христианства, которые утверждают, что христиане должны отмечать в качестве дня отдыха субботу, а не воскресенье — в соответствии с Пятикнижием Моисея) до учения о полном соблюдении христианами постановлений Пятикнижия.

Хотя христианская традиция считает Пятикнижие богодухновенным, в христианской традиции (как и в иудейской) чаще всего отрицается необходимость соблюдения всего Закона Моисея христианами[40], но для доказательства используются различные аргументы и различные мнения о том, какие из постановлений Моисея всё же могут также относиться к христианам. Наиболее часто исключение делается для Десяти заповедей, а ритуальные, церемониальные и гражданские законы считаются отменёнными. См. также Новый Завет в богословии.